сослать на стену. Она теперь испорченная, официально вдова в таком-то возрасте… Так еще и род отказался.
Когда Дима закончил историю, то сжался весь и затрясся, еще раз посмотрел по сторонам.
— Не хотел бы себе такую безумную жену, которая тебя на брачном ложе еще и замочит, — совсем тихо сказал Говорунов. — Никто не знает, было у нее что-то со Смирновым или нет, но все считают ее испорченной и уже не девушкой. А у такой будущего точно нет. Во всяком случае, среди аристократов. Может, бояре еще и возьмут второй или третьей женой, но вряд ли.
Я задумался над его словами, а Дима постепенно перемещался ко входу. Мне плевать, что у Елизаветы за плечами, убила она своего мужа или нет, успел он с ней переспать или нет. Главное — насколько она может быть полезной именно мне.
Но всю эту тему с заставлением выйти замуж я не люблю. Не хочет девка, так выгоняйте ее из рода, или что там делают? Зачем опаивать и устраивать такую свадьбу? Опять же, это если доверять словам Дмитрия. Нужно будет проверить, насколько это правда.
Если да, то буду думать, как его использовать в своих целях. Осталось только разобраться с тем, чтобы он стал мне доверять. В казарме послышался шум. Те военные, которые зашли, докопались до четверки ребят, кто еще здесь был.
Один из них, не вынимая рук из штанов, с ноги прописал другому в пузо. Парня сложило пополам. Вояка задрал ногу и наступил на голову бедолаге. Прижал ее к полу, потом громко сказал:
— Вы будете платить, если хотите прожить чуть дольше, чем положено.
На него дернулся один из компашки ребят. Но другие вояки запустили в парня водяной, воздушный и огненный шары. Решившего заступиться откинуло к стене и впечатало в нее. Даже одежду не порвало, значит, использовали слабую магию. Но ее хватило, чтобы охладить пыл. Он вырубился, сползая по стене.
А я все ждал, когда попытаются начать щипать новоприбывшее мясо? Быстро они, нас еще по отрядам не распределили, сержантов не выделили, а уже в оборот берут…
Я просто наблюдал. Вписываться за каких-то левых ребят мне смысла нет, да и пользы ноль. Пока одного прижимали к полу, а другой был в отключке, вояки перетряхнули сумки ребят. Не найдя ничего стоящего, просто разбросали вещи.
— Как только выйдете за стену, имейте в виду: половину мне, если не хотите проблем, — сказал тот, кто бил ногами. Солдатики посмеялись над ребятами, вещи которых они перетряхнули.
Огляделись в поисках новой добычи. Выбор у них невелик: или я, или Дима. Сейчас выбрали Говорунова, который стоял у входа. Сбежать ему не дадут. Или он ищет защиты у тех, кто снаружи? Глупо. На то, что произошло, охраняющие никак не отреагировали.
Если карта ровно ляжет, то у меня появится шанс «подружиться» с Дмитрием. Станет мне обязанным. Их род без поддержки императора, разведки и армии — ничто. Почти любой может смять их за одну ночь. Разговорить-то Дима способен, а вот за себя постоять, скорее всего, нет.
Вон, как он оглядывался, когда про Цареву рассказывал, чтобы не дай бог кто-то услышал и не передал ей. Вояки подошли к Говорунову, главный из них вынул руки из брюк и протянул одну, чтобы поздороваться.
Дима с присущей ему улыбкой протянул свою трясущеюся конечность. Секунда, и вот любитель поболтать отправлен в полет. Вояка умело схватил его за руку и крутанул. Так как массы в парне немного, то вот он уже в воздухе.
Крика-то сколько было. Хотя длился полет всего секунду. Как только Дима шмякнулся об пол, то сразу затих. Солдатикам стало смешно. Тот, кто его бросил, сказал:
— Миша, проверь, не сдох ли неженка. Старлей будет недоволен. Мясо должно погибать за стеной. Но кто знал, что он такой рохля?
Другой военный наклонился и пощупал пульс. Спустя мгновение кивнул. Главный оскалился и наступил Говоронуву на спину. Дима пришел в себя и издал стон. Очень хотелось вмешаться, но я останавливал себя. Нужно, чтобы мой будущий соратник проникся ситуацией и понял, что ему тут без помощи не выжить.
— Проверьте его вещи! — сказал главный из них, коротко стриженный блондин. Довольная рожа, от своей, как он думает, власти. Ростом почти с меня, только в плечах поменьше.
Если вояки на входе не вмешиваются, тут или так принято, или он какой-то важный хрен с горы. Сумку Димы перевернули. Кроме вещей, ничего не оказалось, только фотокарточка какого-то мужика. Блондинчик поднял ее и посмотрел, а потом со смешком спросил:
— Это кто? Папаша твой, который тебя отправил подыхать? Или, может, ты у нас любишь под хвост?
— Не трожь, ублюдок! — закричал Дима, все еще прижатый к полу. — Убери свои грязные руки, тварь!
Момент идеальный. Я стал приближаться. Вот только Говоронову пришлось заплатить за свои слова. Блондин убрал ногу и наклонился к Диме, а потом просто вмял фотокарточку в лицо паренька, готового расплакаться.
Четверка военных прошлась по ребрам Димы, который пытался дотянуться до смятого изображения мужика и схватить его.
— Парни! Харе уже тут беспредел устраивать! — сказал я, находясь в пяти метрах от них.
Мои слова подействовали, и они остановились.
— Жди, мусор, до тебя еще не дошли, — ответил мне блондин.
— Так вот я. Или че, только толпой на одного можете? — поддел я главного в этом беспределе.
С такими нужно разговаривать на их языке, вся эта аристократическая чушь на них не подействует. Они считают себя тут вожаками. Ну что ж, посмотрим, кто из какого теста.
Блондин кивнул одному из своих, чтобы он подошел ко мне. Солдатик приближался и скалился. Разговора у нас не получилось. Он замахнулся мне в лицо, я поднырнул под его руку и затылком вошел ему в нос. Хрусь! Люблю этот прием. Почти ничего не нужно, и если противник не готов, то исход всегда одинаковый.
Солдатик зашатался. Я понимал, что у меня могут быть проблемы из-за нападения, но такое терпеть не намерен, тем более свои вещи точно не дам. А еще это хорошая демонстрация для Димы. Если себя в начале не показать, то будут шпынять все время.
Я сделал прямой в подбородок придурка, с открытой челюстью, снова хрусь. Суставы вышли. Солдатик даже забыл, что он огненный маг, пасть так и осталась открытой. Он попытался крикнуть, но получилось какое-то мычание. Как у скота, кем он и является.
— Ну, сука! — возмутился блондинчик. — Тебя я на ремни пущу, ты даже за стену выйти не успеешь!
— Не понимаю, чего ты злишься. Вон, у твоей подружки теперь рот не закрывается. Спасибо должен мне сказать, — ответил я, улыбнувшись и приготовившись к нападению.
Это были мои последние слова перед тем, как на меня бросились этот урод и остальные два его помощника. На руках каждого из них уже появилась магия. Водяной шип, воздушный серп и стальная стрела.
Глава 11
Я наклонил корпус, чтобы попытаться уйти от магии. От водной и воздушной точно получится увернуться, вот насчет последней не уверен. Не хотелось бы себе в брюхо получать металл. На рефлексах рассчитал, как буду бить.
— Отставить! — командным голосом крикнули рядом.
Мы остановились. В проходе валялись военные, которые ранее стояли на входе. Носы и губы разбиты, они без сознания. На нас смотрел мужик лет тридцати восьми. Лицо суровое, шрамы от уха до губ. Черные как смоль волосы, сам он низкого роста, мне по грудь, но очень широкий. Судя по нашивкам, сержант.
— Зубарев, твою мать! Еще раз узнаю, что пытаешься щипать солдат, я не посмотрю на твои заслуги, ребра все пересчитаю, — сказал мужик с каменным лицом. — Забирай прихлебателей и сваливай!
— Сержант? — сделал удивленный вид блондинчик. — Вы очень вовремя, этот рядовой напал на старшего, покалечил и хотел сразиться с нами. Мы пытались поговорить и успокоить, но он невменяемый. Нужно доложить о ситуации старшему лейтенанту.
— Ты мне зубы не заговаривай, я тебя знаю, — отрезал сержант. — В курсе о ваших уловках. Вали по-хорошему! — на его руках вздулись вены.
— Вы бы лучше следили за собой, да и на свое рукоприкладство, — урод кивнул на вояк, валяющихся без сознания. — Я напишу рапорт. Видимо, воспитывая всяких отбросов, сами у них набрались…
— Пошел вон! — повысил голос сержант. — А бумажкой своей можешь подтереться, я и сам могу написать
